В таких, как ты, есть Музыка и Бог...

Нарциссы и ромашки на трюмо.
Сплетенные тоскою воедино
сто тысяч слов 
в небрежное письмо — 
закованная мыслей каватина.

Стою перед тобой — 
вся из стихов — 
ненужных мне, 
Тебе необходимых;
сошедшая с атласных берегов
с улыбкою нелепой пилигрима —

Как первая небренная любовь
со вкусом чабреца и апельсина:
Недопустима — 
как Мариенгоф,
как поцелуй — 
во время карантина.

Немного холодов, 
немного снов,
лаванды и зари без кофеина,
пропитанных весной ребристых строф
на дне кристально чистого графина

Из воздуха, капели и ветров
апрельского султана в палантинах
молочных, кучерявых облаков,
что спаяны, как цепи, над долиной 
печалей и затравленных тревог.

Все кажется порой невозвратимым,
а сколько было пройдено дорог — 
и нестерпимых, 
и неповторимых.

Стою перед тобою — 
как цветок — 
ни лилия, ни роза, не любима — 
ни грех души, ни кара, ни порок.
Отдать его кому-то Ты не в силах,
Но и сорвать боишься лепесток.

Ты одинок. 
Тебя я полюбила.
В таких, как Ты, есть Музыка и Бог,
весенние прозрачные чернила
и скрипки 
непрерывный диалог…

Маргарита Мендель