Хочется написать что-нибудь пронзительно- эротичное, что бы у любого сердце в груди зашевелилось, а особенно у тебя. С таким чувством написать, с таким мастерством, чтобы ты с места сорвался и примчался. Упал прямо в ноги и всю зацеловал. Что бы сантиметра ни осталось на коже не утонувшего в поцелуях.
Почему я не писатель? А то бы ты давно уже был моим. Писателю проще, каждое слово под рукой, каждое чувство наготове, раз-два и изложил. А я всё время не те цвета смешиваю. Вот беру, к примеру, красный – страстный, яркий, пульсирующий на свету. И кладу его с охрой – осенней, тёплой и солнечной. Добавляю ультрамарин (просто я люблю ультрамарин) и получается черно-коричневая жижа. Смотрю в окно – вот она, как найденная! Поджидает. А если бы получилось по-другому? Вдруг тогда и за окном бы стало иначе? Но всё, что бы я ни смешала, дает черно-коричневый цвет. Столько уже красок перевела!
Восхищаюсь теми, кто может изобразить свет! Прозрачный, чистый – утренний. Дрожащий, угасающий – вечерний. Сияющий красками – полуденный.
Так хочется нарисовать тебя светом, как вспышку на этом черно-коричневом поле. Это бы было безумно эротично и тонко! Вот я веду мягкой кистью по твоим ногам, по каждому пальчику, по коленным чашечкам, по бёдрам, трогая каждый волосок на твоём теле. Ты ещё не знаешь, что ты свет, но чувствуешь, как огонь возгорается в твоей груди, как он зажигает разом все светильники, лампы, лампадки и свечи. Он как благодатный, купайся в нём, сколько хочешь!
А кисть, всё рисует… Всё мучает своей мятной нежностью: пах, животик, пупочек, и вот эта ямка, образуемая в подвздошной части, она мне так нравится… Там ещё бьётся жилка. И каждое рёбрышко, грудь, ключицы, шею, плечи.
Читать далее
